Квантум

...

На островах в Тихом океане не слышно прибоя. Он есть, но он на краю кораллового рифа, коим большинство островов являются. А значит, в сотнях метров от берега. В бухтах всегда спокойно и никогда не штормит. Только опасные течения отливов и приливов. Отливы и приливы в океане — это гораздо более серьёзная штука, чем в любом море, и никогда не помешает изучить график. Иначе вместо купания придётся гулять пешком по кораллам.

У Палау и Корора есть своя музыка. Не музыка прибоя. Это звон кислородных баллонов, которые беспрерывно грузят на лодки или разгружают. Андрюха слушал её каждый будний день, обедая в ресторанчике в красивейшей бухте рядом с портом. Все красоты Корора находятся не над водой, а под ней. Корор — обиталище дайверов.

Не будучи дайвером, Андрюха не испытывал энтузиазма даже по поводу ныряния с маской. Или он рыб не видел? В своё время выпил достаточно воды Красного моря, ныряя к ним у острова Утопия. Потому и проигнорировал совет Джилл прикупить маску и трубку для «сноракле».

Джилл помешана на воде. В воскресенье она даже покупала время в дорогущем отеле, чтобы день нырять там с маской. А по субботам Джонатан на своей лодке вывозил их за десятки километров на Рок-острова. Вот тогда Андрюха и понял, почему народ сходит с ума по этим местам и платит столько бабла, чтобы добраться сюда.

Джилл нашла ему старую маску из своих запасов, но она была Андрюхе очень мала, и вместо кайфа он ловил одни проблемы. Потом Джонатан, долго шаря в дальних углах лодки, нашёл маску с трубкой, ну явно со времён войны американцев с японцами. Смотрелось это на Андрюхе, вероятно, круто. Джилл что-то буркнула про Годзиллу, но ему представился камикадзе верхом на торпеде, мчащийся подорвать американский корабль. Работала эта маска очень хорошо и практически открыла для Андрюхи подводный мир Палау. Был ещё и дополнительный защитный эффект. Повстречавшаяся полутораметровая акула удрала, выпучив глаза. Остальная разноцветно-пёстрая мелочь демонстративно игнорировала Андрюху, давая понять, что они тут и не такое видят.

Тёплый, залитый солнцем океан в десятках километров от обитаемых зон и тысячах от материков завораживает. Нет ни времени, ни реальности. А когда этот солнечный надводный мир переходит в льющиеся краски под поверхностью, сказка становится ещё интереснее. Первым делом маленькие острова превращаются в вершины огромных холмов, покрытых разноцветными кораллами. Склоны спускаются в долины, плавно переходящие в тёмную глубину. Разных цветов пёстрые обитатели встречают у своих подводных домов, только что не построившись как на параде. Где-то быстро промелькнувшая тень большой черепахи заставляет инстинктивно искать под руками телефон сфоткать, но... в лодке.

Потом — лодка и путешествие между «висячих островов» Пандоры из Аватара…

...

Особый эмоциональный окрас закатам придаст история Джилл. Казалось бы, 25 лет относительного одиночества на Сайпане через океан от родных должны были заставить её ненавидеть эти закаты. Может быть, какое-то время так и было, пока тяжёлая грусть не стала светлой. Но, по словам Джилл, всё это было уже в другой жизни. Прошедшая бурная молодость в окрестностях Стэнфорда и захватившая её с головой работа после встречи с мужем была обменяна на давнюю мечту о свободе на океанских просторах. Они потратили всё, что у них было, на солидную яхту и ушли в плаванье длиною в десятки лет.

Им хватало друг друга на долгие годы в Тихом океане, который они не раз избороздили вдоль и поперёк. Джилл любила рассказывать об уникальных, экзотических и необычайно красивых местах, в которых они останавливались на долгие стоянки. Палау была в топе. Всё поведение Джилл свидетельствовало об этом, когда они втроём с Джонатаном проплывали через неописуемо красивые бухты среди сотен Рок-островов.

В Палау Джилл с мужем стояли много раз и месяцами. Она уже работала с клиентами, коими в те времена были служба социальной защиты, медстрах и пенсионный фонд. Андрюха ловил себя на мысли, что трудно представить более крутое рабочее место, чем на яхте среди Рок-островов, пока, правда, не посетил холм Капитолия той же Палау.

По просьбе Джилл Джонатан провёз их и по местам их с мужем стоянок. Естественно, после посещения Арки — символа Палау. И они ныряли там в масках часами.

Провёз Джонатан их и мимо «семитэри-райф», где Джилл и похоронила мужа, вернее, урну с его прахом. До знакомства с Джилл и их долгого плаванья её муж успел послужить Дяде Сэму в смежных с Андрюхиными областях, а именно, приложив руку к испытаниям ядерного оружия в том же Тихом океане. И это, вероятно, повлияло. Последняя стоянка в Палау будет уже не на яхте в красивой бухте, а в клинике, где муж Джилл будет умирать от онкологии несколько месяцев. Потом — «семитэри-райф», время в прострации и нелёгкий выбор — куда дальше. Джилл не захочет ни вернуться на материк, ни плавать в одиночку. Она продаст яхту и осядет в уединённом месте на Сайпане, где долгими вечерами начнёт привыкать к другим закатам. Андрюха даже переведёт для неё фрагменты присланного в Ютьюбе Кипелова:

Я вижу, как закат стёкла оконные плавит,
День прожит, а ночь оставит тени снов в углах.
Мне не вернуть назад серую птицу печали,
Всё в прошлом, так быстро тают замки в облаках.

Андрюха не будет уверен, произведёт ли его перевод Кипеловского «Заката» впечатление на приверженицу блюза Джилл, но вся её история оставит неизгладимое впечатление на нём самом. Он спросил Джилл, когда и почему она так полюбила закаты? И Джилл рассказала, что полюбили они их вдвоём с мужем. В каждый день хорошей погоды они спускали с яхты маленькую лодку, брали в неё еду и напитки и плавали недалеко от яхты, любуясь закатами.

Картина столь ярко нарисовалась в воображении Андрюхи, включая весь эмоциональный окрас, что теперь при созерцании заката в океане всегда будет проявляться образ маленькой лодки и двоих близких людей, наслаждающихся этим закатом и ненадоевшим за долгие годы плаванья обществом друг друга. Ценя его, и уже, наверно, чувствуя в душе, что когда-нибудь это счастье должно кончиться. Может и надеясь, что кончится оно не столь скоро, как произошло на самом деле.

Там все живы, кто любил меня,
Где восход — как праздник бесконечной жизни,
Там нет счёта рекам и морям,
Но по ним нельзя доплыть домой.

...

Далее - фрагменты доклада в университете Стенфорда.

Адепты теории относительности уже должны радостно воскликнуть: «Вот вам и ещё один логический выход на СТО!» Да только вопросов, вытекающих из этой СТО, этот вывод не сокращает. Мы тут с другом накануне повспоминали и Библию, и Ницше в плане его объяснения творящейся у нас повсеместной неразберихи. Ну и в альтернативу его видению причины проблем в том, что «боги умерли» (помните Заратустру?), я предложил некое своё видение ситуации. Я всё чаще представляю себе первоклассника-Создателя, которому купили конструктор для создания Вселенной. А у взрослых нет времени проконтролировать, что он с этим там делает. И вот открывает Создатель коробку с конструктором и смотрит, что там. А там есть следующие штуки:

* Набор трёх двунаправленных бесконечностей. Ну, типа оси координат можно продолжать, как расширяя их до бесконечности, так и вглубь делить до бесконечности.

* Особая бесконечность — время, которое также можно дробить до бесконечности и продолжать до бесконечности.

* Бесконечность — энергия.

* Набор констант, среди которых он обнаружил только Пи и C. Ну, своеобразный юмор поставщика конструктора.

* Шаблон из трёх перпендикулярных осей ординат.

* Посев животных и людей… и всякие прочие штуки.

И что со всем этим ребёнку можно сделать? Никакой конкретики. Ни метры, ни сантиметры, ни секунды не имеют никакого значения. Они просто не могут существовать среди одних бесконечностей. Никакие основные единицы измерения. А без них ведь совсем никуда! Надо же как-то будет и звёзды зажечь, и планеты скомкать, и людей со зверями куда-то поселить? А как они будут без детерминизма? Вот задача!

Ну, даже чтобы три пространственных бесконечности соединить — точка нужна. А где её взять?

Ну ладно. Заглянул Создатель в будущее людей и видит: «Кто у них там есть? Евклид? Умник, блин! Дал определение точке как “объекта, не имеющего частей”. И где этот объект на бесконечно длинной и бесконечно дробной оси найти? Заставить бы его самого искать! Да и всех остальных умников, что геометрию придумают. У них размер точки — 0. И как в этот ноль поставить перпендикулярную ось? Люди… что тут скажешь? Векторное пространство, топологическое пространство… везде ноль. А вот умники вообще придумали геометрию без точек! Как пространство функций. Вот этих бы я попытал с удовольствием, заставив это пространство реально построить. Альфред Уайтхед! Ладно, что там ещё у них есть? Ну-ка! Ну-ка! Дирак! “Идеализированная точечная масса или заряд”? Да он гений! Вот его идею для построения людям пространства мы и возьмём. Что у нас есть тут ещё? Пи с вылезающими синусами и косинусами? Значит, делаем так…»

Взял Создатель придуманный позже Дираком идеализированный объект и назвал его Квантом Пространства. И определил, что у этого неделимого объекта нет размера, вернее, что говорить о его размере нет логического смысла, и что он - самый маленький. Вот в нём он и пересёк три бесконечности. А всё остальное пространство он создал, размножив кванты по этим бесконечностям и между ними, и с условием применения числа Пи с вылезающими синусами и косинусами, ну или просто ортогональности. Вот таким только образом пространство вообще и удалось создать. А без его квантов оно и вообще существовать не может, и никаких осей координат в нём и объёмов нельзя ни построить и ни заполнить. И базовую систему отсчёта абсолютного покоя никак не создать.

И назвал он всё это «квантовым масштабированием». И дальше у него мысли пошли резвее, и заполнил он пространство квантованной энергией, и время запустил, и неминуемые побочные эффекты от такого структурирования квантами убрал, иначе всё бы как в кривом зеркале было, а так — пусть Эйнштейн теорией относительности всё объяснит. Собрал он всё по-быстрому, зажёг звёзды, скомкал планеты, посеял зверей с людьми и убежал в школу. И мучаемся мы тут в ожидании, когда он из неё вернётся ещё более поумневшим и разгребёт за нас тут бардак, который мы дружно устроили.

Вот так практически получается альтернатива квантованию, в котором исходным было эвклидово пространство. Теперь эвклидово пространство у нас есть результат размножения квантов с условием соблюдения ортогональности. Суть остаётся той же самой. Но причины со следствиями и исходные с результатами многие пришлось поменять местами. Концепция получается менее интуитивно осознаваемой, но такой же хорошо кодируемой и более жизнеспособной, в чём мы убедимся позже. Ну а, что не может в принципе существовать пространства без квантов – пусть это пока только для наших моделей. Ну, чтобы воображение не перегружать.

...

Я уверен, что мы совершаем преступление, не начав использовать данные нам несколько десятилетий назад вычислительные мощности для научной и любой другой, но только созидательной цели. Если до сего времени нашим танцам с бубном вокруг глубинного понимания многих вещей можно было найти оправдания, то теперь настаёт эпоха, когда, засучив рукава, пора переходить от шаманства к раскапыванию сути вещей. Фактически уже давно и многие понимают, что надежда на осеняющие открытия в уже раскопанном пласте, способные породить ощутимые скачки в развитии науки, практически иссякла. Цена наших непонятных подвижек ошеломляет. Ярчайшим примером, характеризующим ситуацию, является ЦЕРН. Сколько бы дальше средств ни вливалось в его пиар, люди уже поняли, что это абсолютно неоправданные затраты. И схожую ситуацию мы имеем абсолютно во всех направлениях, включая медицину. В самом глобальном смысле основную задачу этого проекта можно охарактеризовать как попытку разведать и начать разрабатывать новый пласт, который создаст почву для взращивания новых Фарадеев, Максвеллов и Эйнштейнов.

...

Можно, в принципе, избрать и другой путь. Ну, например, когда наши корабли выйдут на релятивистские скорости и можно будет ставить опыты первого порядка. Для тех же, кто не желает ждать, - добро пожаловать в «Дискретную Протофизику» и «Виртуальный ЦЕРН»!

...